Для воспроизведения аудио нажмите Play (маленький белый треугольник), а чтобы скачать интервью в формате mp3 себе на компьютер нажмите здесь.

Виктория: Добрый день, Нина! Добрый день, наши читатели! Мы с Вами продолжаем тему сновидений и сегодня у нас в гостях Нина Рубштейн. Мы сегодня делаем виртуальный мост «Краснодар-Крым»,  пока настоящий мост еще в проекте. Нина, расскажите немного о себе.

Нина Рубштейн: У меня много разных профессий-специализаций, но сейчас две основных: я консультирую как коуч, по организации своей жизни, работы и творчества, и продюсирую различных творческих специалистов, психологов, а также других профессионалов. Мне это очень нравится. В прошлом у меня большая 10-летняя практика как психотерапевта и пятнадцатилетняя — как тренера по спортивным танцам, в общем, у меня творческая и психологическая направленность.

В: Я Вас постоянно читаю в фейсбуке. Иногда я раздражаюсь, иногда мне нравится, но в целом я о Вас очень позитивного мнения, считаю Вас свободным человеком, умеющим высказать свое мнение, поэтому к кому, как не к Вам, обратиться для того, чтобы взять содержательное, интересное интервью?! Скажите, Вам интересна тема сновидений?

Н: Да, конечно, очень интересна! Это большие внутренние пласты, которые содержат в себе достаточно много полезной информации и возможности для работы с собой, со своей психикой и своей жизнью.

В: Вы свои сны записываете? Как-то с ними работаете?

Н: Не записываю, я сразу с ними работаю.

В: Может быть, Вы нам пример интересный приведете?

Н: Я довольно рано начала интересоваться психологией, еще совсем в юности, и первыми книгами по работе со снами были книги К. Г. Юнга. Я интересовалась архетипами, мне это было страшно интересно, я любила интерпретировать сны с точки зрения Юнга и разбираться, что к чему. Потом я стала учиться на гештальт-терапевта, и рассматривала работу со снами уже в гештальт-подходе.

В: Ну это совсем другой подход.

Н: Да, это совсем другой подход. Позже я начала интересоваться осознанными сновидениями и знакомиться с разными экстрасенсами, сверхчувствительными людьми, начала наблюдать их сны. В эзотерической теме есть понятие «ясновидящие», то есть человек, который улавливает тонкую информацию — она ему либо во сне приходит, либо телепатическим образом. Мне это очень интересно, поэтому я глубоко интересуюсь снами, и, когда речь идет о конкретном сне, достаточно просто можно различить: когда это переработка каких-то глубинных процессов, когда это проективная работа ума и речь идет о каких-то ситуативных вещах, а когда это — считывание такой информации, что называется «полевой», связанной с нашим общим информационным полем.

В: Может быть, есть какой-то памятный сон для Вас или клиентский случай? Обожаю такие.

Н: Например, если говорить про разные неизученные чудеса. Когда у меня были бурные психологические процессы, перестройки в жизни, моя ясновидящая подружка регулярно видела про меня разные сны. Мы созванивались, она мне рассказывала, что она видела, в том числе про наши с ней отношения, и это была точная метафора того, что происходит. Когда она мне рассказывала эти сны, я могла лучше видеть процесс уже со стороны того, что улавливает другой человек. Например, когда у меня шел достаточно мощный духовный кризис несколько лет назад, и я очень сильно перестраивалась, буквально, это было впечатление, что я перестраиваюсь на молекулярном уровне, ей приснился сон, что я лежу на операционном столе, и мне меняют все кости. Это был достаточно болезненный процесс, но она говорит: «Я чувствую, что я спокойна за тебя. Это то, что тебе нужно!». И тогда этот сон, который она мне вернула, очень помог мне как-то спокойнее относиться к тому, что происходит, к моей психологической и духовной трансформации.

В: Кстати, немножко отклоняясь от темы, буквально недавно читала Ваш пост о том, что осознанная жизнь меняет биохимию человека. Мне настолько это легло на душу, думаю: «Супер, как высказано!»

Н: Это действительно так, потому что, если глубже интересоваться термином «осознанность», то есть, что это такое — это не просто работа ума, который фиксирует или анализирует что-то. Многие люди думают, что «осознанность» — это анализ, но это не так. Это внимательное не-критичное, не-аналитическое присутствие в каждом моменте времени. Есть уже достаточно много научных исследований и наблюдений о том, что, когда человек начинает замедляться, наблюдать и присутствовать в настоящем моменте, не отвлекаясь на прошлый опыт и на представление будущего в своих мыслях, а просто свидетельствуя, наблюдая, он как бы синхронизирует свое сознание с телесными процессами. И тогда из сознания, просто визуализируя телесный процесс, можно его регулировать.

В: Соединяется как бы?

Н: Да. И эта общая полностью организмическая саморегуляция становится намного более легкой, простой, точной и гармоничной.

В: Для нашего тела это не так энергозатратно, видимо?

Н: Самое сложное — это работа внимания, потому что важно уметь попасть в настоящий момент, что называется «вырваться» из обычного круговорота мышления. Само по себе освоение этой практики является самым сложным, но, если человек уже научился это делать, он очень хорошо и ясно переживает, и чувствует все свои внутренние процессы, вплоть до очень тонких организмических процессов; в буквальном смысле, если мы говорим, что восточные йоги способны запускать или останавливать свое сердце. Это вполне реалистично. Вопрос в том, является ли это прагматичным?! Чтобы всем было понятно, зачем так напрягаться: не ради самих чудес, а что в этом есть вполне прагматичный толк.

Соответственно человек, который ясно чувствует свои процессы, хорошо ориентируется в окружающем мире, точно определяет, что ему подходит и не подходит, легко организует свободу и комфорт для своего тела, тонко регулирует отношения с людьми, то есть делает свою жизнь максимально сбалансированной, естественным образом омолаживает и обновляет организм.

Также есть следствие: когда человек начинает заниматься практикой «осознанности» для того чтобы освободиться от влияний прошлого опыта на свое сознание, идет достаточно большая работа по переработке прошлого опыта, по перестройке следствий прошлого опыта, который сильно сказался на психике и организме в целом, то есть фактически по освобождению влияний от прошлого опыта. Я еще не видела людей, которым удалось полностью «стереть» свою личную историю. Среди моих знакомых много людей, глядя на которых я вижу, как влияет эта «чистка»; благодаря очищению от телесных напряжений, которых создал прошлый опыт, различных травм, микротравм, стрессов, организм освобождается. Буквально выводятся все «шлаки», налаживается кровообращение и многие другие процессы, весь «мусор» сходит с тела. Я много раз замечала, что, когда работаю с клиентами, они молодеют. Я все время им завидовала, пока со мной не начался этот процесс.

В: Как Вам кажется, к приобретению «осознанности» сны имеют какое-то отношение?

Н: Да, имеют. Если мы начинаем разбираться в своих снах, если мы начинаем ими заниматься, мы начинаем быстрее осознавать те внутренние конфликты, которые тормозят наше развитие, тормозят нашу гармонизацию, то есть это дополнительный источник информации.

Если говорить о практике осознанных сновидений, существуют разные дополнительные возможности. Человек видит сон; при помощи практик он обучается просыпаться в этом сне, то есть осознавать, что он спит, и что это сон, и пробовать там разные возможности.

Так как это сон, то есть я в этот момент лишена физического тела и у меня есть только астральное тело – то, в котором я себя чувствую во сне, и в нем много свободы. При помощи работы в осознанном сне можно изменить пластику своего тела, научиться массе всяческих вещей, а, поскольку нейронная цепочка мозга это запоминает, то становится возможным переносить все в практическую жизнь. Таким образом, сном можно пользоваться для того, чтобы себя развивать в реальности. Существует множество других интересных возможностей в осознанных снах. У меня самой пока это не получается, я только учусь этой технике.

В: Это, наверное, нелегко, хотя так не кажется, когда мы просто слушаем. Мы же русские люди, у нас всех внутри живет Емеля, который хочет ту самую Щуку, которая исполняет желания. Вот такая метафора пришла на осознанные сновидения. Как Вам такое сравнение?

Н: Новичку кажется, что он сейчас овладеет чудесным методом и ему не нужно будет прилагать никаких усилий. На самом деле вся «фишка» осознанного сна и вообще работы со снами в том, чтобы научиться наблюдать свое восприятие, а это достаточно сложно. Например, мы можем достаточно быстро научиться наблюдать: как я говорю, что я говорю, как я поступаю, из каких мотивов я поступаю и т.д. В общем, базовые навыки, которые при желании, при практике, при намерении достаточно быстро можно развить.

Но более сложная вещь — это наблюдать, как твое восприятие собирает ту картину мира, которую собирает, видеть, что это всего лишь фокус восприятия, и что это не есть реальность. Это фокус восприятия, который детерминирован моими процессами, моим психологическим и физиологическим опытом. В некотором смысле, эта картинка фальшивая, она не отражает всей реальности.

Наблюдать этот фокус, наблюдать как восприятие выстраивает эту картинку, довольно сложно, потому что это работа на всех уровнях: и на уровне физических чувств, восприятия, эмоций, на уровне телесных процессов и работы с памятью, то есть это достаточно большая работа, поэтому все далеко не так просто.

Еще одно следствие: благодаря практике осознанных сновидений (тоже самое можно делать не используя осознанные сновидения, но это как дополнительная опция), когда человек обучается видеть, что это сон и действовать как во сне, осознавая, что это сон, а не реальность, что это некоторая фантазия, фильм, но не физическая реальность, тогда он может переносить этот навык в реальную жизнь, наблюдая как он живет в «собственном сне, в собственном фильме», и как он может становиться режиссером этого фильма, то есть менять обстоятельства по собственному желанию, свои действия в этом «сне». Это достаточно сложная практика, поэтому тут никак не «объемелиться» ☺.

В: Когда Вы говорили, вспомнила, что мой сын недавно рассказал, что он во сне проснулся, осознавая, что спит. Оказывается, так бывает.

Н: Считается, что, в общем, практически все женщины способны это делать без специальных тренировок. Я знаю очень многих женщин, которые спонтанно видят осознанные сны, но никогда специально этому не учились. Это связанно с активным развитием правого полушария, с достаточно свободной психикой, не нагруженной большими проблемами, и любопытством ко всему этому.

Мужчинам хуже это дается, потому что, как правило, у мужчин левое полушарие развито лучше, и им приходится тренироваться. Но среди мужчин (особенно среди детей), если это не закрепощено некоторыми социальными требованиями «каким должен быть мужчина», и у него достаточно активно развито правое полушарие, образное мышление, такое тоже может случаться.

Я очень завидую тем людям, у которых это получается легко, потому что мне это дается с трудом.

В: При тренировке все получится. Читая Вашу биографию кажется, что Вы прошли такой трудный путь к тому, что есть у Вас сейчас. Я думаю, что получится и это. Скажите, верите ли Вы в вещие сны?

Н: Я бы сказала, что здесь тоже есть одна тонкая деталь —  люди часто думают, что, если приснился сон про будущее, все так и будет.

Мне удалось понаблюдать, поскольку я глубоко это темой интересуюсь, что здесь, как в любой экстрасенсорике, мы можем видеть, чувствовать, собирать информацию на тонком уровне, я имею в виду — через свое восприятие, и эта информация будет показывать тенденцию, как могут развиваться события.

Поэтому, часто про «настоящее» может быть на 90% правда. Но что касается будущего, часто это может быть желаемое будущее — то, что исходит из наших потребностей. Или это просто тенденция, которую мы очень хорошо уловили, как могут развиваться события, и если они действительно развиваются в эту сторону, то это говорит о том, что мы достаточно тонко уловили факторы, из которых складывается ситуация. Это не «угадывание» будущего, это не «залезание» в будущее, не предвосхищение теми событиями, которые есть — это хорошая ориентация в настоящем. Человек должен быть достаточно чувствительным, чтобы считывать бессознательные факторы. Это связано с тем, что очень многое влияет в окружающем мире на изменение тенденции и это становится не вещим сном, а так, лишь возможностью.

Хорошие, опытные эзотерики говорят: «О будущем не говорим». Потому что здесь могут быть наши фантазии на эту тему — чего мы сами желаем. Только плохой эзотерик, который хочет нажиться на этих вещах, строит маркетинг на предсказаниях.

В: Мы знаем, что не все ходят к психологам, но сны снятся абсолютно всем. Например, человек видел яркий сон, который взволновал его или напугал, но  психолога посещать не хочет. И при этом хочет понять: о чем , на самом деле, сон? Могли бы Вы дать какие-то рекомендации по работе с собственным сном?

Н: Я считаю, что базовое умение работать со сном — рассматривать сон для начала на очень простом уровне. Больше всего мне нравится гештальтистский подход, когда предлагается все объекты сна (людей, значимые предметы и т.д. ) воспринимать как часть себя, спроецированную во сне в образ какого-либо персонажа. Для того, чтобы «вернуть» себе эту часть или получить из нее важную информацию, нужно попробовать себя отождествить с разными яркими объектами, и от их имени попробовать что-то произнести.

Например: «Я зеркало. Чего я как зеркало хочу?! Что я здесь делаю? Что я пытаюсь передать другим персонажам этого сна?» Таким образом, человек может актуализировать свою бессознательную проблему, которая через сон ищет решения. Потому что сон — это попытка донести до ума собранную организмом информацию, чтобы ум начал решать, что с этим делать. Фактически организм говорит: «я тут что-то накопал, здесь что-то происходит, но я могу тебе это дать только в метафорической форме. Будет лучше, когда ты разберешься, о чем здесь идет речь, и примешь какие-то меры, чтобы эту проблему решить».

В: Я тоже заметила, что не будет сниться человеку то, о чем он не имеет представления, если мы только не о знаках из коллективного бессознательного. Скорее всего это будет что-то уже знакомое.

Итак, основные вопросы, которые Вы обозначили это – что я здесь делаю, чего я хочу, что я делаю в этом сне.

Н: Да, и вот тогда эти объекты начинают отдавать информацию через отождествление. Кроме того, важно, что в сон проникает информация генетическая. У нас в генах копится различная информация предыдущих поколений: болезни, память про некоторые мощные события. Они могут восприниматься как воспоминания о прошлых жизнях. На мой взгляд, речь идет не о прошлой жизни, а о каких-то ситуациях в жизни наших предков, которые оставили достаточно мощный стрессовый след. Этот след мы можем получить в том числе во сне, и не факт, что события происходили именно так, как нам приснились. Скорее это будет метафора, которая будет передавать сам характер стресса. Это можно назвать незавершенным гештальтом, когда нам сон приносит что-то из странного прошлого.

В: Моим самым страшным сном являются сны о Великой Отечественной Войне — оккупация, немцы, эта ситуация аккумулируется в моей памяти. Если это родовая ситуация, может ли человек разобраться с этим сам? И если это генетические сны, стоит ли идти к психологу?

Н: Вообще работа со специалистом ускоряет работу и помогает избежать заблуждений. Это большая экономия времени и сил. Я всем рекомендую работать со специалистами.

Важно не то, что было в прошлом, а что есть некоторые последствия прошлого,  и они сказываются на нашей реальной жизни сегодня.

Например, Великая Отечественная Война достаточно сильно прошлась по нашим народам, и не найти человека, у которого бы в генах не было этого стресса войны. И страх, который с этим связан, передается из поколения в поколение на генетическом уровне. Дети, когда родились в процессе формирования просто бессознательно копируют своих родителей. В том числе, копируют стрессовые телесные напряжения. Если мне снится что-то из прошлого, я могу смотреть, как этот стресс работает со мной сейчас, и как я могу от него освобождаться.

В: А если снятся похожие сны?

Н: Повторяющиеся сны я люблю разбирать по Юнгу. Можно разбирать через гештальт-терапию, работая с проекциями и отождествляя их с частями сна, но интересней посмотреть на это с точки зрения архетипических образов и значений.

Для того, чтобы в этом ориентироваться, нужно хорошо понимать символику. Есть разные способы по изучению символизма. Я изучала их через литературу, искусство и психотерапию.

Если вы начинаете улавливать примерное значение разных символов, в общем, они достаточно однотипны, бывают вариации разнообразия, но есть символы очень четкие. Например, когда речь идет о волне, которая нас захватывает, как правило, речь идет об эмоциях и чувствах, это очень ясный архетип. Когда речь идет о здании, о доме — это наш внутренний дом, то есть, сознание или подсознание. Бывают различные мифологические герои. Вся мифология разных народов похожа между собой, потому что содержит в себе архетипы. И тогда мифологические образы становятся более ясными по значению, и мы можем понять, какой психологический процесс мы проживаем.

Повторяющийся сон — это настырная попытка организма достучаться, чтобы решить проблему. Это может говорить о том, что проблема сложная, углубленная, которая быстро и легко не решается.

В: Что Вам помогает в работе со снами клиентов? Как Вы уже сказали, что это Юнг, гештальт-терапия, символика. Может есть еще что-то?

Н: Также важно умение обходиться с метафорами. Например, умение сочинить метафору о процессе, применить ее. Для развития этого навыка мне помогло искусство, литература и религиозные направления (духовные практики), а также простое использование шуток, анекдотов и комических историй для иллюстрации каких-то процессов. Я довольно долго коллекционировала такие метафоры для работы со студентами. Лучше всего запоминается та информация, которая подана с юмором: происходит стрессовая разрядка и хорошо укладывается образ, поэтому я специально коллекционировала разные смешные истории и анекдоты для того, чтобы иллюстрировать какой-то психологический процесс или механизм.

В: Недавно прочитала метафору Михаила Решетникова, он говорит о профессиональном коллективном бессознательно, мне кажется это то, о чем Вы говорите сейчас.

Н: Да, наверное. Для развития метафоры также играет важную роль арт-терапия.

Картина Нины Рубштейн

В: Да)) Расскажите, что это сзади Вас? (висит картина)

Н: Это моя картина. Она называется «Воплощение». Дух прилетает на планету и там материализуется. Арт-терапия — это когда внутренние процессы через рисунок, через любое творчество начинают проективно отображаться. У меня есть возможность сначала отобразить, а потом уже понимать, что это такое. Арт-терапия хороша тем, что в отличие от классического обучения искусству, сначала ты рисуешь что-нибудь, вообще не задумываясь, и только после того, как ты полностью вложил туда свой заряд, начинаешь смотреть, что это такое и разгадывать эту метафору. Тот же процесс происходит и со сном. Сон — это метафорическое творчество, которое можно разгадывать как ребус.

В: Некоторые люди пользуются сонниками. Как Вы к этому относитесь?

Н: Сонник — это очень упрощенная попытка интерпретировать символизм. Символы в них используются, в основном, не архетипические.

В: Как раз вспоминала о том, что сонник гласит: «Свадьба — к смерти, похороны, наоборот, к свадьбе. Конечно, это сильно примитивно и все совсем не так, как в них сказано.

Н: Я бы предложила сонники из любопытства: изучить и посмеяться, чтобы знать о том, какие представления об архетипах остались в народном сознании с древних времен.

Важно понимать, что сознание современного человека очень сильно отличается от сознания того, кто когда-то эти сонники записывал. Очень изменился контекст, сильно изменилась глубина (объем) восприятия человека, и те метафоры уже ничего не значат в настоящем. Я бы предложила изучать для начала архетипы собственного бессознательного, символизм собственного бессознательного, скорее изучая и исследуя, что на самом деле в жизни значат эти символы.

В: Как Вам кажется, не закрепляет ли это в мозге склонность к приметам?

Н: Склонность к приметам формируется из высокой тревожности. Если человек высоко тревожный, он будет пытаться структурировать пространство, чтобы сделать его более безопасным любыми способами. Он будет увлекаться любыми суевериями и стереотипами для того, чтобы себя утешить и создать иллюзию контроля происходящего.

Правда, что символизм — это очень текучая вещь: бывает устойчивый символ, бывает очень неустойчивый, сейчас он значит одно, завтра другое и нужно обладать подвижной свободной психикой и любопытством к ее устройству для того, чтобы каждый раз обнаруживать точную информацию, которую несет образ сна. Я за то, чтобы интересующийся человек изучал литературу в разных направлениях, тем самым создавая максимально объемную картину о сне и какие процессы могут разворачиваться в нем. Поначалу может быть некоторое замешательство, поскольку много всего. Но нужно продолжать интересоваться и наблюдать свои сны, чужие, а уже спустя некоторое время начнет прорисовываться какая-то ясность.

В: Я вспоминаю, когда я только пришла в психологию и думала, что очень нудно каждый раз записывать сны и вести дневники, а сейчас для меня это удовольствие. При том, что значимые большие сны не приходят каждую ночь. Значимый сон, который можно записать, приходит раз в неделю или еще реже. Становится легче, когда приобретается привычка.

Н: Привычка и достаточно большое любопытство, чтобы изучать заново каждый раз. Потому что каждый раз будет что-то новое, и нельзя подгонять сны под одну линейку, они могут нести самую разную информацию.

В: Я недавно слышала о том, что у Вас в «Доме сновидений» будет проходить что-то интересное. Во-первых, меня заинтересовало название «Дом сновидений», мне показалось, что это не случайно, и мы сегодня с Вами о сновидениях говорим. Может, Вы немного расскажете об этой программе?

Дом сновидений

Фото дома сновидений

Н: «Дом сновидений» — это тренинговый центр, который находится в Севастополе на мысе Фиолент. Его построил тренер по осознанным сновидениям и трансцедентальной медитации Александр Кхэдо. Центр существует уже 16 лет, и здесь проходят семинары и тренинги по самым разным направлениям психологии, психотерапии, телесным практикам, семинары по йоге, аюрведе и т.п. Семинары проходят с весны до осени. Обычно, уже к началу сезона забронированы все места, группы сменяют одна другую. Я познакомилась с этим местом и с его хозяином в 2011 году по рекомендации друзей. Мы встретились случайно, и они говорят: «Нина, ты должна поехать в Крым!»

— «А что там?» — спросила я.
— «Специальное место для гуру и «подгурков», — так мне сказали, — ты должна взять свою команду и поехать туда».

В тот момент у меня как раз был внутренний запрос найти место, где можно было бы проводить программы, связанные с отдыхом, с возможностью для реализации участниками туристических, культурных, образовательных, психологических и телесных программ. Я приехала со своей командой, и с тех пор мы сотрудничаем.

В: Расскажите о предстоящем тренинге. Думаю, читателям будет интересно.

Н: У нас только что закончилась программа-тур «Энергия перемен», которая проводилась тренерами моего центра Олесей Шипиловой — гештальт-терапевтом и Мариной Дриголой — телесным терапевтом. Они проводили комбинированную программу о переживании кризисов, перемен, как прощаться с прошлым и т.д. Была большая группа (18 участников), всем понравилось.

14-21 сентября мы проводим следующий психологический тур, где будет 6 дней занятий, а также один день экскурсий. Я буду вести его сама, вместе с моим коллегой Константином Голубевым. В выходной я повезу наших туристов любоваться самыми красивыми местами Крыма. С 30 сентября по 5 октября Марина и Олеся проведут второй поток тура «Энергия перемен», а с 5 по 11 октября у нас будет работать психолог и шаманка Ирина Лехт с программой «Развивающая интуиция или Знание за пределами логики». Всю информацию об этих программах можно посмотреть здесь.

В: Мы обязательно дадим Ваши контактные данные. Думаю, люди захотят поучаствовать, видя Вас в живом формате, потому что фотографии не передают тех ощущений: мощи, энергетики, позитива, лидерства. Что бы Вы хотели сказать напоследок нашим слушателям и читателям?

Н: Смотря с какой целью…

Из учительского состояния хочется сказать: «Друзья, тренируйтесь в осознанности, в ней много ресурсов и возможностей!»

Понятно, что из наших биологических и социальных программ достаточно сложно вырваться, они нас сильно сковывают и подчиняют себе. Если вы наращиваете внутреннюю силу для того, чтобы начать управлять своим восприятием, своим сознанием, развивать себя в этом смысле, то все те же проблемы решаются намного проще и легче.

Конечно, у занятий практикой есть побочный эффект: вас перестает интересовать обычная жизнь, вам хочется познавать все больше и больше — идет процесс развития. Обычно человек останавливается в развитие около 25 лет, когда он уже фактически находится на стадии реализации социальной и биологической программ, и на этих смыслах его жизнь заканчивается, но потенциал человека не ограничен, и это просто крошечная часть возможностей человека. Очень важно организовать социальные программы для того, чтобы почувствовать себя хорошо сделавшим эту работу, чтобы освободиться от нее, как от программы (то, что касается семьи, карьеры, статуса в обществе, материального благополучия и т.д). Это только одна ступенька того, что человек может постичь. Он может начать на совершенно другом уровне творить свою работу, взаимодействовать с людьми, и ограничений в этом смысле нет для того, кто продолжает развиваться. Осознанность — это ключик к таким возможностям, так как она помогает вырваться из привычного стереотипа и начать рассматривать жизнь совершенно иначе.

В: До скольких лет планируете жить Вы?

Н: Лет триста или пятьсот.

В: Все верно. Таким творческим людям нужно жить долго.

Н: Я конечно не обещаю, что у меня получится, но у меня достаточно много любопытства для того, чтобы исследовать, насколько велики возможности сознания для продолжения развития, для продолжения жизни.

Есть наблюдение, что когда человек решил, что он в этой жизни все сделал, он начинает «скукоживаться» и умирать. А если у него в сознании идут развивающие процессы, то тело получает сигнал о том, что ему рано умирать, и начинает поддерживать сознание, начинает обновляться ради возможности развиваться. В моих снах мне снится, что человек может овладеть саморегуляцией на очень тонком уровне. В моих снах многие вещи, которыми мы сейчас пользуемся как посредниками с точки зрения связи, с точки зрения лечения организма, его восстановления и многих других вещей, в будущем не понадобятся. Подтверждения этого в реальности на данный момент нет, но я бы очень хотела, чтобы ученые всерьез занялись исследованием возможностей, которые скрыты в человеческих ресурсах и смогли бы это подтвердить.

В: Может Вы смотрели, Черниговская Татьяна (российский учёный в области нейрофизиологии и психолингвистики, а также теории сознания), она ведет свой ютуб-канал о возможностях и секретах мозга, сказала, что секрет мозга в том, что мы эти секреты не можем открыть.

Н: Да, поэтому я очень болею за науку. Я бы очень хотела, чтобы она вплотную этим занялась, и были сделаны открытия, которые помогли бы нам максимально использовать наши внутренние ресурсы. Сейчас мы находимся в такой мировой ситуации, когда внешние природные ресурсы уже значительно исчерпаны, и, если мы не переключимся на внутренние, наша среда обитания нас выживет.

В: Могу привести пример: исторически моя семья живет на Азовском побережье. Мой прадед был рыбаком, и в то время здесь постоянно ловилась «красная» рыба (осетр), а черная икра не была деликатесом. Сейчас осетров в Таганрогском заливе уже нет.

Н: Мои предки по материнской линии имели рыбный завод и разводили осетров в тех же местах ☺.

В этом смысле, мне кажется, решением очень многих проблем: социальных, экологических и прочих — это возможность человечества перейти на освоение внутренних ресурсов.

В: Осознанность, осознанность и еще раз осознанность! Огромное Вам спасибо, Нина, за уделенное время. Я с удовольствием с Вами побеседовала. Вам желаю набрать группу на свой тренинг «Дом сновидений». До новых встреч!

Н: До новых встреч!

Поделиться